На углу улицы Спиридоновки и Малой Никитской в 1900-1902 гг. Франц Осипович Шехтель строит шедевр московского модерна для потомственного почетного гражданина, купца Степана Павловича Рябушинского.
Являясь представителем молодого поколения купеческой старообрядческой семьи, Степан Павлович удивительно гармонично сочетал верность традициям и любовь ко всему прогрессивному и современному. Для строительства своего особняка он выбрал респектабельную улицу старой Москвы, где уже высился необычный дворец Саввы Тимофеевича Морозова, построенный также Ф.О. Шехтелем. Дом поставлен необычно - так, чтобы все его фасады были видны. У него по сути нет парадного фасада и непарадного. Хотя главная дверь как замочная скважина выходит на красную линию Малой Никитской, сам особняк стоит чуть поодаль, и, как будто барышня, поворачивается всеми сторонами, чтобы ее рассмотрели.
Основу композиции составляют четкие геометрические объемы – куб с ассиметричными выступами крылец, стен и балконов. Большие, четких линий окна, почти во всю стену комнат - тоже признак модерна. Их переплеты причудливы и криволинейны, отражают главную философию внутренних интерьеров. Гладкие стены облицованы светлым глазурованным кирпичом и с трех фасадов украшены чудесной мозаикой «орхидеи» работы знаменитой петербуржской мастерской В.А. Фролова по собственноручным эскизам архитектора. Орхидеи - символ возрождения, весны, любви и плодородия, пришедший в модерн из культуры Японии.
Интерьеры особняка, как часто у Ф.О. Шехтеля, полны символизма и философии. Первый этаж – это подводный мир, стихия воды, из которой родилось все живое. Второй этаж - стихия земли, воздуха, рай. Все пространство первого этажа строится вокруг парадной лестницы в виде огромной волны из серо-зеленого эстонского мрамора, выполненной в московской мастерской М. Д. Кутырина, которая растекается в паркете, и вы уже не идете, а скользите по ней. А из волны-лестницы выплывает удивительная медуза-светильник. Ее необычные щупальца – это лампочки, что в то время было очень прогрессивным инженерным решением. При этом сверху медуза оборачивается черепахой, символом мудрости и вечности жизни. Вокруг лестницы кружится череда комнат.
Парадный вход с вестибюлем был сделан с Малой Никитской. Входящий в особняк мог пройти направо в кабинет хозяина, если он пришел по делу. А если он прошел прямо, то останавливался в изумлении перед огромной мраморной лестницей-волной и не мог уже оторваться от разглядывания всех деталей этого шедевра стиля модерн. Двери, ручки, плафоны первого этажа — это водоросли, ракушки, морские коньки, черепахи. Рядом с ними растительный мир: витражные пейзажи, цветы, тонкая деревянная резьба и лепнина потолка библиотеки - фантазийные растения. Первый этаж был мужским и выполнял функции парадного.Второй этаж, женский и детский, почти не сохранил своей отделки. Там был рай, цветы и небо. На пути в рай вас встречает «древо познания» - колонна с саламандрами и лилиями. Парадная лестница освещается стеклянным потолком-фонарем.
Каждая комната в доме, каждая деталь интерьера - это отдельное произведение искусства, изящное и изысканное. Все здесь сделано индивидуально, только для этого дома - начиная с отделки стен, полов, потолков, окон, каминов и заканчивая дверными порталами, люстрами, ручками и замками. Настоящим семейным центром дома была чудесная столовая. Потолок столовой скруглен как крышка сундука, охраняющего приватность трапез и бесед за столом, и окутывает уютом и теплом.
В небольшой мансарде со двора в северо-западном углу дома на верхнем этаже была сделана тайная старообрядческая моленная. В нее можно подняться по отдельной лестнице. Эта комната с купольным потолком вся расписана абстрактной храмовой живописью, максимально стилизованной под древнюю русскую церковь. Посторонние и не догадывались, что в доме есть такое помещение. В остальных комнатах мансардного этажа находилось собрание старинных икон.
Позади главного дома со стороны Спиридоновки был выстроен большой комплекс служб усадьбы и жилой флигель. Они имеют П-образную композицию, напоминающую трапецию неправильной формы. Правая часть – одноэтажная. Почти посередине служб позднее был создан гараж. Хозяин был заядлым автомобилистом, членом Московского Автомобильного клуба, одним из основателей первого в Москве автомобильного завода (АМО) в 1916 году.
После революции хозяева покинули свой особняк - сначала уехали в Харьков, а в 1920-е годы перебрались в Италию. В их особняке разместился отдел виз и паспортов Наркомата иностранных дел. В 1919 году его сменил на три года Госиздат. Они срубили ненужный им камин, увеличивая площадь для кабинета, и закрасили всякие излишества на втором этаже. Для пролетарской культуры были неприемлемы символизм и буржуазная философия.
В 1924 году в особняк въехал Государственный психоаналитический институт под руководством известного психоневролога Ивана Дмитриевича Ермакова. В особняке работали такие ученые, как С.Н. Шпильрейн-Шертель, ученица З. Фрейда, М.В. Вульф, переводчик трудов Фрейда, врачи Л.С.Гешелина, Р.А. Авербух, М.М. Модель и др. Вскоре, однако, труды Ермакова подверглись критике, и летом 1925 года было принято решение закрыть институт, а в особняке разместить детский сад, правда, не совсем простой детский сад. В бывшем особняке С.П. Рябушинского воспитывались дети членов ВЦИК и ЦК РКП(б) – Артем Сергеев, сын революционера, Василий Сталин, сын наркома юстиции Д.И. Курского Евгений, дочь заместителя председатель ВСНХ СССР М.Л. Рухимовича Елена. Год с лишним провели здесь после кончины отца Таня и Тима Фрунзе.
В 1927 году в дом въезжает ВОКС– Всесоюзное общество культурной связи с заграницей. Его основной целью было поднять престиж Страны Советов за рубежом. Руководила этим обществом сестра Л. Троцкого и супруга Л. Б. Каменева Ольга Давыдовна. Общество устраивало «вечера сближения» и встречи с зарубежными специалистами, издавало бюллетень на трех языках. В службах разместился отдел «Русс-фото», занимавшийся ввозом и вывозом фотоснимков для периодической печати. ВОКС предоставляло платных гидов для иностранцев и вскоре стало широко известно за рубежом. В особняк постоянно приезжали члены различных обществ сближения стран Запада с Россией. Особенно много мероприятий было проведено в годовщину 10-летия революции в 1927 году. К 1930 году общество приняло уже 6373 иностранных гостя, устроило множество выставок. Разнообразие и большой объем работы требовало более просторного помещения, и в 1930 году Общество переехало в дом 17 по Трубниковскому переулку.
В 1931 году особняк, наконец, приобретает одного хозяина. Сюда поселили возвратившегося из эмиграции, с чудесного острова Капри, писателя Максима Горького с семьей. Горький занял первый этаж, семья его сына с невесткой и внучками – второй. Алексей Максимович не любил этот особняк – считал, что пролетарскому писателю жить в таком неприлично. Но Сталин считал по-другому. Особняк был очень удобен для наблюдения за писателем. Отныне главный вход закрылся наглухо и все входили в особняк со двора, проходя мимо комнаты секретаря– сотрудника ГПУ.
После смерти Максима Горького в особняке вплоть до 1965 года проживала его невестка Надежда и внучки Марфа и Дарья. Обстановка первого этажа все эти годы оставалась мемориальной. Семья старалась сохранить там все в неприкосновенности. Внучки выросли, вышли замуж. Им дали новое жилье неподалеку.
В мае 1965 года в особняке Рябушинского был открыт мемориальный Музей-квартира Максима Горького, являющийся частью Института мировой литературы имени А.М. Горького. В 1977-83 годах была проведена тщательная реставрация, руководили которой О.В. Череватая, В.П. Ларин и В.И. Якубени. В бывшем флигеле для слуг расположилась музей–квартира другого советского писателя - графа Алексея Толстого.
